Талантливая телеведущая, шоувумен и продюсер Усния Магеррамова — это, наверное, лучшее, что случилось с отечественным телевидением за последние годы. Ее называют смелой и эпатажной, а она просто в любой ситуации хочет оставаться самой собой и не желает подстраиваться под какие-либо каноны или форматы, в которых ей просто тесно. И уж если считать эпатажем привычку говорить, что думаешь, то она действительно является примером наивысшей степени смелости.
Текст: Эмиль Ахундов, Эльчин Амиров, Салатын Мирзаева | Фото: Руслан Набиев | Макияж, прически: Эльнур Гасанов
The M.O.S.T.: Каким вы были ребенком?
Усния: Чересчур спокойным! Несмотря на то, что у меня было очень яркое контрастное детство. Я была настолько тихой и необщительной, что, когда состоялся мой первый эфир на телеканале, преподаватели из Азербайджанской национальной консерватории и Института Искусств с большим удивлением встретили эту новость. «Мы же за 10 лет учебы тебя вообще не слышали!» — восклицали они в один голос. На самом деле это было своего рода альтер-эго, которое проявилось именно в момент моего появления перед камерами и выходом на сцену.
The M.O.S.T.: В чем же проявлялась контрастность вашего детства?
Усния: Я росла между Баку и Шемахой. Мои бабушка с дедушкой жили в деревне Арабшалбаш Шамахинского района, которая была заселена арабами в VII веке во время процесса исламизации страны. У нас в семье было золотое правило: каждую субботу дедушка приезжал за мной и увозил в уютный дом в Шамахе. Там у него была большая библиотека, где я, затерявшись среди книг, часами проводила время за чтением. Как только выходные заканчивались, за мной приезжали родители и забирали обратно в столицу, где я ходила в школу. К слову, я не отличалась особыми успехами в учебе, а среди одноклассников была белой вороной.
Мои близкие никогда не принуждали меня делать что-то против моего желания. Наоборот, с самого детства они поддерживали мои самые незаурядные предпочтения. К примеру, я не любила надевать обувь, и мне разрешали ходить босиком, а в восьмом классе я покрасила волосы в зеленый цвет. Они доверяли мне, а я старалась никогда их не подводить. Я считаю, что это самый лучший способ воспитания, когда ты чувствуешь, что тебе верят и дарят чувство свободы. Таким образом, я пошла собственным путем, у меня сформировалось свое индивидуальное мнение, которое помогло мне стать тем, кем я сегодня являюсь.
The M.O.S.T.: Стереотип о привычной сельской жизни вы тоже разрушили. Большая библиотека в деревне — это редкость…
Усния: Мой дедушка был очень интересным человеком, увлекался искусством. Зачастую у него дома проходили вечера мугама, на которых собиралась слушатели со всей Шамахи. За разговорами о музыке, литературе и искусстве день незаметно перетекал в ночь. Это длилось иногда по три вечера подряд. Это было невероятно — находиться в кругу таких интересных людей и прислушиваться к их разговорам.
The M.O.S.T.: Как относились родители к вашим профессиональным интересам?
Усния: Мои родители кардинально отличались от людей, которые окружали меня по жизни в школе, во дворе, в университете, на работе… Несмотря на то, что они выросли по канонам, сложившимся во времена Советского союза, они жили не по стереотипам и традициям тех времен. Мама учила нас быть личностями, уметь отстаивать свое мнение. Именно она привила нам вкус ко всему: к музыке, одежде, стилю жизни. Мы в советское время слушали Aerosmith, Deep Purple, Led Zeppelin. Папа же отдавал предпочтение всему национальному: слушал мугам, читал отечественную литературу. Тандем этих двух личностей сформировал в нашем сознании правильный синтез Востока и Запада.
The M.O.S.T.: Какое же отношение к жизни сложилось у маленького счастливого человечка?
Усния: С самого детства мне всегда улыбалась удача. Стоило о чем-то задуматься и пожелать, как это тут же претворялось в жизнь. Поэтому уже с малых лет я начала позитивно смотреть на мир вокруг себя. Вселенная возвращает человеку то, что он транслирует во внешний мир. Если ты любишь — любят тебя, улыбнешься жизни — она ответит тем же. Отдаешь хорошее — получаешь взамен в пять крат больше. В этом и есть магия и прелесть жизни.
![](http://themost.az/wp-content/uploads/2023/08/IMG_8601.jpg)
The M.O.S.T.: Чем был обусловлен выбор вашей профессии?
Усния: Скажу откровенно, выбора как такого не было вообще (смеется). Я никогда не планирую наперед, ибо знаю, что все сложится само собой. На момент выбора профессии мне трудно было понять, кем я хочу стать.
Известный швейцарский психолог Карл Густав Юнг рассуждал о том, что люди, которые находятся в постоянном поиске смысла жизни и ответов на внутренние вопросы, чаще всего являются психологически неустойчивыми, то есть нездоровыми. По мнению Юнга, верующий человек живет спокойно, потому что он уверен в своей религии, в которой, собственно, и черпает ответы на свои вопросы. И они более здоровые, чем те, кто постоянно находятся в поиске. Я, по Юнгу, наверное, самый нездоровый человек, потому что нахожусь в вечном поиске и постоянно ощущаю жажду познания. Помимо этого, я непостоянный и нестабильный человек, интересы и увлечения которого стремительно сменяют друг друга. Меня больше увлекает процесс созидания чего-либо, нежели сам полученный результат. Когда я достигаю успеха в каком-то деле, это становится знаком, что пора создавать новый виток. Никогда нельзя останавливаться на достигнутом. Мой путеводитель — сама жизнь, за которой я следую, ничего не планируя наперед. Я просто живу, мечтаю, занимаюсь тем, что меня увлекает.
Не могу сказать, что изначально я выбрала профессию. Скорее, все произошло наоборот. С детства я питала огромную любовь к такому школьному предмету, как история. Особенно увлекалась историей Древнего мира, представляла себя археологом, занимающимся раскопками в Древнем Египте. С другой стороны, в детских фантазиях я всегда была героем, постоянно находящимся в центре всеобщего внимания, каждое появление которого вызывает бурные аплодисменты… Героем я, конечно, не стала, но вот аплодисментов за жизнь услышала достаточно (смеется).
The M.O.S.T.: Мечтая стать археологом, вы пошли учиться в Азербайджанскую национальную консерваторию, а следом получать профессию актера в Азербайджанском государственном университете культуры и искусства. Как же так получилось?
Усния: Как и многие советские дети, я окончила музыкальную школу. Педагоги заметили, что у меня необычайный голос, который, по их словам, был крайне редким. После полученных отзывов было решено идти в консерваторию. По итогам прослушивания меня назвали талантом, чуть ли не гением и сообщили, что в азербайджанской опере есть острая необходимость в моем тембре голоса — контральто. Таким образом, любовь к шумерской истории уступила место эйфории от желания стать звездой оперы (смеется). В консерватории вместе со мной учился певец Эльнур Гусейнов, услышав голос которого, я поняла, что я точно не самая талантливая (смеется). Да и вообще пение — это не мое, и быть оперной певицей я точно не хочу.
The M.O.S.T.: Как же вы попали в мир телевидения?
Усния: Однажды мой близкий друг Вугар, режиссер по профессии, предложил принять участие в кастинге телеведущих на канале Ictimai, который на тот период только открывался в Баку. Мне удалось пройти кастинг за счет поставленной дикции и правильного дыхания, выработанного за период учебы актерскому мастерству. Меня взяли на позицию ведущей, и с этого момента началась моя телевизионная карьера, о которой я не думала и не мечтала.
The M.O.S.T.: Помните свою первую передачу?
Усния: Моя первая передача называлась «Муз-Экспресс», где мы рассказывали о последних событиях из мира культуры. Очень динамично и эмоционально излагали новости о концертах, фестивалях, творческих проектах, которые проходили в Азербайджане. Но, как оказалось, нас смотрели не столько ради самой передачи, сколько из-за концовки, где мы показывали нарезки из неудачных кадров (смеется).
Затем я создала свой авторский проект «Гараж», в котором решила собрать воедино мою детскую любовь к рок-музыке, знания об истории азербайджанского рока и знакомство с музыкантами этого жанра. Среди них, к примеру, был мой педагог по английскому языку Азер Мехтиев, который являлся членом рок-группы «Эксперимент Ок». Это была одна из первых рок-групп Азербайджана, которая внесла свой вклад в развитие советского рока 1960-1970-х годов. Многие изначально не верили в успех этого проекта, но мою идею поддержало руководство канала, а впоследствии мне удалось завоевать доверие и любовь зрителей. В итоге «Гараж» побил все рекорды по рейтингам, и на тот момент у нас была самая дорогая стоимость рекламы среди всех передач, транслирующихся на местных телеканалах.
The M.O.S.T.: Очень примечательна в вашей жизни деятельность, связанная с песенным конкурсом «Евровидение». Давайте поговорим об этом периоде.
Усния: Мне не импонирует, что мой образ ассоциируется с «Евровидением». Я уже три года не занимаюсь им, но тем не менее люди, встречающие меня на улице, сразу вспоминают об этом проекте и моем участии в нем. Честно говоря, надоело… Хотя, несомненно, благодаря опыту, приобретенному на Евровидении, я получала приглашения работать в других крупных проектах, в том числе и зарубежных.
The M.O.S.T.: Судя по вашим словам, желания вернуться к «Евровидению» у вас нет…
Усния: Пока не закроешь одну дверь, не откроется другая. Есть люди, выбирающие одно пространство, в котором они пребывают всю свою оставшуюся жизнь. Это становится их зоной комфорта, за пределы которой они не хотят выходить. Я всегда жалела таких людей. На «Евровидении» я начала свою деятельность в качестве обычного репортера и выросла до позиции генерального продюсера. Признаюсь, в качестве зрителя я никогда не смотрела этот песенный конкурс, хотя очень увлекалась рабочим процессом в рамках проекта.
Многие говорят о политизированности конкурса, но, согласитесь, искусство всегда было частью политики. Оно отображает те процессы, которые происходят в обществе. И «Евровидение» — это та площадка, посредством которой ты можешь передать широкой аудитории волнующий тебя месседж.
![](http://themost.az/wp-content/uploads/2023/08/IMG_8801.jpg)
The M.O.S.T.: Каких принципов вы придерживаетесь в вопросе воспитания своих детей?
Усния: О том, какая я мама, лучше рассказали бы мои дети. Но по их словам, я очень крутая! Я больше их друг, нежели мама в традиционном понимании. Несмотря на то, что они еще дети, но определенный вкус у них уже сформирован. У нас с ними одинаковые хобби, мы очень любим тусоваться вместе, ходить в рестораны, пробовать изысканные блюда, познавать вместе жизнь. Они очень любят клеить на тело тату-наклейки. Мы вместе увлекаемся космосом и Илоном Маском. С нетерпением ждем полета на Марс.
The M.O.S.T.: А у вас есть тату?
Усния: И не одна (смеется)! Но предпочитаю набивать на неприметных местах. Это некое хобби — путешествовать по миру и привозить из разных стран не магнитики на холодильник, а новый рисунок на теле.
Возвращаясь к вопросу, я не пытаюсь ограничивать своих детей. Чтобы развить у них индивидуальность, я подарила им свободу, как когда-то ее подарили мне мои родители. Мне важно, чтобы они умели сочувствовать и делиться добром с окружающим их миром. Я против мира, где каждый думает только о себе. Для того, чтобы построить общество, о котором мечтает каждый из нас, мы должны приучить своих детей добру и состраданию. Я рада, что моих детей уже в 10 лет заботят проблемы нашей планеты. Например, они беспокоятся о том, что в мире уменьшаются запасы воды и сокращаются природные ресурсы.
The M.O.S.T.: Как часто вы выходите из себя?
Усния: Я очень эмоциональна. В гневе я не кричу, но, видимо, все-таки страшна, раз люди боятся меня в такие моменты. В порыве гнева бить кого-то еще не приходилось (смеется).
The M.O.S.T.: Наверное, дело в лидерских качествах, которыми вы, без сомнения, обладаете.
Усния: Не знаю. К примеру, не могу сказать, что я была лидером в рамках проекта «Пятый элемент». Мы все вчетвером дружим, и среди нас нет никакой конкуренции…
The M.O.S.T.: Но порой в вас проявлялись качества этакого локомотива…
Усния: Я так не думаю. Честно говоря, на эту передачу я шла неохотно. «Пятый элемент» появился в моей жизни в тот момент, когда я была очень занята другими проектами. Я появлялась на записи раз в неделю и с нетерпением ждала, когда все это закончится, о чем сейчас очень сожалею. Просматривая передачи сейчас, я понимаю, что могла бы поднять тот или иной незаданный вопрос или же построить беседу немного в ином русле. Что касается качеств лидера, то скажу, что никогда не любила строить из себя командира или босса. Я думаю, к этому стремятся лишь люди, которые страдают чувством неполноценности.
The M.O.S.T.: Вы сказали, что дружите с коллегами по «Пятому элементу». Многие считают, что дружба и работа несовместимы. Вы сломали этот стереотип?
Усния: Проект завершился, но наша дружба продолжается и по сей день. С Ранаром Мусаевым мы часто ругаемся, но свою жизнь без него я представить не могу. Этакая любовь и ненависть одновременно (смеется). Кямилю Бабаеву я обожаю за ее энергетику, доброту и позитив. В целом, я люблю порядочных людей. Конечно, у каждого есть свои минусы, но все ребята, с которыми мы вели «Пятый элемент» — Ранар, Кямаля и Руфат Агаев, — одни из самых порядочных людей, которых я знаю. Нужно в любой ситуации, прежде всего, оставаться человеком.
The M.O.S.T.: Складывается впечатление, что с вами нелегко строить отношения. Так ли это?
Усния: Мне сложно судить о себе в этом контексте, но я слышала, что так говорят. Может, я произвожу подобное впечатление, потому что я — сформировавшийся независимый человек, у которого есть свое мнение и который сделал себя сам. И я получаю удовольствие лишь от осознания одной этой мысли. Людей поменять сложно. Порой люди боятся быть самими собой, выражать свою точку зрения. Для меня же мир безграничен, и я считаю себя более свободной, нежели люди, которые меня окружают. Иногда мне тяжело, но я ни за какие деньги мира не поменяю это чувство независимости и свободы.
The M.O.S.T.: Давайте отправимся в небольшое путешествие в будущее. Где вы себя видите?
Усния: Сложно сказать, но скорее всего в другой стране. Я хочу попробовать другую жизнь, найти что-то новое, познать другие реалии. После пандемии я поняла: пора собирать вещи, менять образ жизни, место проживания, сферу деятельности. Я хочу поменять свою жизнь кардинально и не боюсь никаких изменений. На сегодняшний день я достигла достаточного уровня успеха для того, чтобы обеспечить себе качественную жизнь в Азербайджане. Но я готова переехать в другую страну.
Даже если мне придется работать официанткой или водителем такси, осознание того, что я — свободный человек и могу говорить то, что думаю, — вот это кайф. Где бы я ни жила, если там у меня будет моя свобода, я уже буду получать удовольствие от своей жизни и от новой себя.
The M.O.S.T.: Выбрали страну, где будете претворять в жизнь свои новые мечты?
Усния: Я очень люблю Мальту, но это место, где я, скорее, встречу свою старость — на белоснежной яхте, в компании молодых кавалеров с кубиками пресса (смеется). А сейчас я держу курс на какой-нибудь мегаполис с его большими перспективами и новыми приключениями. Не знаю, может это будет Лондон или же Нью-Йорк…